Новосибирские чиновники признали технологическое превосходство Telegram над мессенджером MAX, а также то, что более 100 тыс. жителей региона не заходят туда «по желанию». Лояльный властям политик порадовался, что граждан загоняют в электронную «таможню с собаками». Как это было, рассказывает «СибЭкспресс».
В Новосибирске прошёл публичный круглый стол по обсуждению мессенджера MAX. Его организовало местное отделение ЛДПР. Собрание хоть и было отчётливо провластным, но отличалось от множества подобных — на нём позволили высказаться тем, кто недоволен ограничениями и насильственным внедрением MAX.
С подачи властей в Новосибирской области к мессенджеру подключили 140 тыс. «работников», сообщила замглавы министерства цифрового развития области Юлия Сарнова.
«Мы начали внедрять MAX с августа 2025 года. Что нами сделано? Мы добились того, что наш регион входит в топ 10 в рейтинге субъектов. Плюс в этот рейтинг входят различные критерии, показатели. В том числе количество работающих сотрудников, работающих в MAX. Мы можем говорить только об этом числе, потому что остальная часть населения оно заходит по желанию в мессенджер. 140 тыс. — об этом мы можем говорить».
В облправительстве точно не знают, сколько всего пользователей из региона уже зарегистрировались в MAX.
«Я вчера увидела статистику на сайте „ВК“: 85 млн — аудитория MAX. Если мы понимаем, какое население в России, то, думаю, можем сказать с уверенностью: если 85 млн — действительно аудитория MAX, то около миллиона в Новосибирской области точно должно быть», — предположила Сарнова.
Впрочем, чиновница признала превосходство телеграма: «Это просто сказка по сравнению с MAX в части технологического создания чат-ботов». Вскоре она погрузилась в телефон и в дискуссии не участвовала.
Методы внедрения MAX Сарнова также не уточнила. Но бюджетников по распоряжениям властей заставляют регистрироваться в MAX, студентов некоторых вузов и колледжей принуждают к его использованию для получения справок и расписания занятий, а обычных жителей пытаются склонить к вступлению в «домовые чаты» в MAX.
Начальник Сарновой, министр цифрового развития региона Сергей Цукарь ранее признался журналистам, что не удалил WhatsApp*.
MAX навязывают даже активнее, чем дорабатывают, констатировала одна из участниц обсуждения, курирующая медиапроект для подростков.
«То, как нам навязывают это приложение, особенно подрастающему поколению, немного пугает. Возникает отторжение — как у ребёнка, которого заставляют есть, и он чувствует подвох, — отметила она. — Появились лайки, появились комментарии. Но для социальной сети странно, что мы сидим и ждём базовых функций. Пока MAX не станет конкурентоспособным хотя бы для „ВКонтакте“, хоть мы его и не любим, говорить о равной конкуренции рано. С телеграмом [MAX] вообще рядом не стоял».
За сервис вступился глава отделения ЛДПР в Советском районе Новосибирска Павел Пашкин. Кстати, именно в Советском районе, на территории которого находится Новосибирский государственный университет, у ЛДПР едва ли не худшие позиции в городе. В статусе Пашкина во «ВКонтакте» написано «самый умный».
«Почему-то все на MAX сосредоточились, но никто нас не заставлял в нём общаться. Кто-то вас заставлял?» — спросил Пашкин.
«Да! Всегда! Сегодня!» — ответила группа молодых людей.
Тогда Пашкин перешёл к теме личного общения: «Вот между собой [общайтесь], вы вдвоём скачали. Не знаете других мессенджеров, кроме MAX? Телеграма у нас не будет. Как и WhatsApp*. Вы должны понимать конъюнктуру: границы существуют не только на Земле, но и цифровые».
По версии Пашкина, российское «государство работает для нас вообще-то» и даже «приносит пользу»: «Так же как оно для нас создало таможню с собаками, чтобы к нам не попадало вредное, так же и в цифровом пространстве будут установлены границы. Да, в том числе и в телеграм».
Затем Пашкин сделал неожиданное признание: «Я могу назвать сразу шесть крупных телеграм-проектов — от закладок и прочего — куда можно попасть в два клика».
Адреса политик не уточнил, зато попытался провести аналогию: «Если автомобиль участвовал в преступлении и не установлено, кто был за рулём, к кому приходят? К хозяину. Так и здесь: „Почему ваш телеграм нарушает российские законы?“ <…> Возможно, он их выполнит и будет работать в России. Не знаю, насколько это реалистично. Может и так случиться, тогда, что будет с MAX, непонятно».
Молодёжное крыло ЛДПР объявило результаты опроса, который активисты провели среди студентов, а также молодых специалистов и предпринимателей. Оказалось, что 99% респондентов выступили против блокировки телеграма.
«Молодёжь не отвергает национальные решения как альтернативу, — тут же оговорились члены партии. — 35% рассматривают „ВКонтакте“, 30% готовы перейти на MAX, 15% — использовать почтовые сервисы. 20% считают, что альтернативы нет. Отношение к MAX: 30% — нейтральное, 10% — оптимистичное, 50% — отрицательное. 85% недовольны техническими недоработками, 80% — политикой внедрения, 70% — вопросами конфиденциальности».
«Цифровой суверенитет строится не запретами, а сильными продуктами и доверием общества», — считают партийные активисты.
Участники упоминали «ВКонтакте» и Telegram как сервисы с устоявшимся набором инструментов. Уровень MAX с ними даже не сопоставим, признали они.
«Я не могу ничего сказать про мессенджер MAX, я из тех пользователей, которые им ещё не пользуются, — сказал политолог Алексей Мазур и сорвал аплодисменты. — <…> Супруга зашла туда, попыталась создать канал. Ей пришло сообщение, что нужно оставить заявку, и её рассмотрит Роскомнадзор. После чего, по-видимому, он решит, достойны вы канала или нет. У неё сразу отпало желание продолжать эту историю. У меня тоже».
Власти называют мессенджер MAX «национальным», но принадлежит он корпорации VK, которой владеет «Международная компания ПАО „ВК“», зарегистрированная на Октябрьском острове в Калининграде — это одна из двух российских офшорных зон. Основными акционерами называли страховую компанию «Согаз» и Газпромбанк, подконтрольные «Газпрому», но среди значимых владельцев есть китайские Alibaba Group и Tencent, а также АО «Сингулярити Лаб» менеджмента «ВКонтакте». При этом публично MAX подают в привязке к «суверенному» интернету.
Среди главных акционеров «Согаз», по последним открытым данным компании, был Юрий Ковальчук, считающимся близким другом президента РФ Владимира Путина.
*Принадлежит компании Meta, признанной экстремистской и запрещённой в России.
Текст «СибЭкспресса», фото ЛДПР